Как развить эмоциональный интеллект у ребёнка

Ребёнок проиграл и швырнул игру на пол. Поссорился с одноклассником, но объяснить причину не может. Услышал замечание учителя и весь вечер повторяет, что больше не пойдёт в школу.

Взрослым в такие моменты хочется быстро найти объяснение: избалован, слишком чувствительный, не умеет себя вести. Но чаще ребёнок просто не понимает, что с ним происходит. Эмоция уже захватила его, а слов и способов справиться с ней пока нет.

Эмоциональный интеллект развивается именно здесь. Не на занятии с карточками, где нужно угадать грустное или весёлое лицо, а в реальных ситуациях: когда тебя не выбрали в команду, когда ты ошибся у доски, когда друг оказался успешнее, когда взрослый сказал «нет».

Карточки, книги и специальные упражнения тоже могут пригодиться. Просто не стоит ждать, что они сделают основную работу.

Что такое эмоциональный интеллект

Если говорить без научных терминов, эмоциональный интеллект помогает человеку понимать себя и выстраивать отношения с другими людьми.

Ребёнок начинает замечать: «Я сейчас не просто вредничаю. Я злюсь, потому что мне отказали». Или: «Я не ленюсь отвечать у доски. Я боюсь ошибиться и услышать смех».

Постепенно появляется следующий уровень. Ребёнок не только распознаёт своё состояние, но и выбирает, как поступить. Можно ударить одноклассника. Можно уйти и хлопнуть дверью. А можно сказать, что тебе неприятно, попросить паузу или позвать взрослого.

Эмоционально развитый ребёнок не превращается в спокойного ангела. Он тоже ревнует, злится, обижается и иногда ведёт себя плохо. Разница в том, что со временем он лучше понимает причины своей реакции, быстрее возвращает контроль и способен отвечать за последствия.

Послушный ребёнок и эмоционально зрелый ребёнок — не одно и то же

Под развитием эмоционального интеллекта иногда понимают удобное поведение: не спорить, не плакать, спокойно принимать любое решение взрослого. На самом деле ребёнок может выглядеть очень воспитанным и при этом просто бояться проявлять свои чувства.

Эмоциональная зрелость допускает несогласие. Ребёнок может сказать, что сердится. Может отказаться дружить. Может спорить с учителем или родителем. Вопрос в форме, которую он выбирает.

Почему ребёнок не умеет управлять эмоциями

Потому что это сложный навык. Даже многие взрослые владеют им не особенно хорошо.

Мы требуем от ребёнка спокойно принять проигрыш, а сами раздражаемся из-за пробки. Просим говорить уважительно, но срываемся на крик, когда устали. Запрещаем хлопать дверью, а затем два дня демонстративно молчим после семейной ссоры.

Дети учатся не столько по нашим объяснениям, сколько по тому, что видят каждый день.

Есть и возрастные ограничения. Семилетний ребёнок ещё не умеет регулировать себя так же, как взрослый. Он быстрее возбуждается, сильнее реагирует на отказ и хуже понимает долгосрочные последствия. Поэтому важнее смотреть на динамику: стал ли он быстрее успокаиваться, может ли позже обсудить ситуацию, замечает ли, что задел другого человека.

Сначала назовите то, что происходит

Когда ребёнок не понимает своего состояния, взрослый может дать ему первые слова.

Не обязательно угадывать с первого раза. Можно спросить: «Я правильно понимаю?» Иногда ребёнок ответит, что он вовсе не злится, а расстроен или ему стыдно. Это уже полезная работа: он начинает различать оттенки своего состояния.

Важно не переходить на ярлыки. Между фразами «ты сейчас ведёшь себя агрессивно» и «ты агрессивный» огромная разница. В первом случае мы говорим о поступке, который можно изменить. Во втором как будто сообщаем ребёнку, что проблема является частью его характера.

Не нужно спорить с чувствами ребёнка

«Ничего страшного не произошло». «Это всего лишь игра». «Тут нечего бояться». «Не реви».

Взрослый может быть объективно прав. Двойка не разрушит жизнь, проигрыш забудется через час, а выступление на школьном празднике действительно не представляет опасности. Но ребёнок сейчас переживает ситуацию иначе.

Когда мы обесцениваем его реакцию, эмоция не исчезает. Ребёнок лишь делает вывод, что говорить о ней бесполезно или стыдно.

Признать чувство не значит согласиться со всеми поступками. Можно сказать: «Я вижу, что ты сильно разозлился. При этом кричать на меня нельзя». Или: «Ты очень хотел выиграть и теперь расстроен. Давай немного посидим, а потом решим, будешь ли продолжать».

Во время истерики бесполезно воспитывать

Сильное эмоциональное возбуждение снижает способность воспринимать объяснения. Ребёнок физически может слышать слова, но нормально обрабатывать их уже не способен.

Поэтому лекция на десять минут обычно не работает. Не работают и вопросы в духе: «Почему ты опять так себя ведёшь?» Скорее всего, ребёнок сам пока не знает почему.

В момент острой реакции задача взрослого проще: не допустить вреда и помочь ребёнку восстановиться.

Одному ребёнку помогает движение, другому вода, третьему тишина. Кто-то хочет, чтобы взрослый был рядом, а кого-то присутствие только сильнее раздражает. Это выясняется опытным путём.

Разбирайте то, что действительно произошло

Разговор после конфликта полезнее любого абстрактного урока о доброте.

Допустим, ребёнка не взяли в игру. Он разозлился, обозвал одноклассника и толкнул его. Когда все успокоились, взрослый помогает восстановить события: что произошло сначала, что ребёнок почувствовал, что сделал, как отреагировал другой участник.

Не нужно превращать беседу в допрос с заранее известным правильным ответом. И не стоит заставлять ребёнка немедленно извиняться, пока он всё ещё считает себя единственной пострадавшей стороной.

Сначала нужно увидеть связь: мне отказали, я разозлился, толкнул человека, ему стало страшно и больно. Только после этого появляется смысл обсуждать, как можно было поступить иначе и что теперь делать.

Не решайте за ребёнка всё

Это особенно трудно для тревожных и деятельных родителей. Они привыкли быстро устранять проблемы, поэтому уже через пять минут после детской ссоры пишут учителю, звонят администрации или ищут телефон другого родителя.

При буллинге, угрозах, насилии и серьёзном неравенстве сил вмешательство взрослых обязательно. Здесь нельзя советовать ребёнку «разобраться самому».

Но далеко не каждый спор является травлей. Дети могут не поделить мяч, место за столом, правила игры или роль в проекте. В таких ситуациях полезно сначала помочь ребёнку подготовиться к самостоятельному разговору.

Ответственность важнее красивых разговоров об эмоциях

Можно каждый вечер обсуждать чувства героев книг, но продолжать собирать за ребёнка портфель, договариваться вместо него с учителем и исправлять все его ошибки. Эмоциональной зрелости это не добавит.

Ребёнку нужна посильная ответственность: следить за своими вещами, выполнить свою часть общего дела, признать, что подвёл команду, убрать то, что рассыпал, обратиться за помощью до того, как проблема стала огромной.

Именно в таких бытовых ситуациях он сталкивается с раздражением, стыдом, тревогой и желанием всё бросить. И учится действовать, несмотря на неприятное состояние.

Что обычно мешает

Первая крайность — запрет чувств. Ребёнка стыдят за слёзы, требуют «взять себя в руки» и называют слабым. Внешне он может стать спокойнее, но чаще просто учится прятать переживания.

Вторая крайность выглядит современнее, однако пользы от неё не больше. Родители признают любые чувства и постепенно отказываются от границ. Ребёнок злится, значит, урок можно не делать. Расстроился из-за проигрыша, значит, остальные должны уступить. Не хочет извиняться, значит, нельзя давить.

Так эмоциональный интеллект тоже не развивается. Ребёнок узнаёт, что сильная реакция освобождает его от ответственности.

Как меняются задачи с возрастом

Дошкольнику важно освоить простые вещи: различать радость, страх, грусть и злость, замечать напряжение в теле, просить помощи, использовать слова вместо удара. В этом возрасте хорошо работают сказки, игры и короткие разговоры.

В начальной школе ребёнок уже способен учитывать несколько точек зрения. Он может понять, что сам обиделся на отказ, а другой ребёнок испугался его крика. Может обсуждать последствия и выбирать знакомый способ успокоиться.

Школьная среда в этот период становится особенно важной. Ребёнок каждый день сталкивается с чужими правилами, конкуренцией, дружбой, неудачами и необходимостью работать в группе. Семья уже не контролирует все ситуации.

Подростку нужны другие разговоры. Он одновременно хочет свободы и ждёт поддержки, зависит от группы и пытается от неё отделиться. Простые инструкции быстро перестают работать. Приходится обсуждать мотивы, личные границы, давление сверстников и цену собственных решений.

Почему школа влияет сильнее, чем кажется

Если дома ребёнка учат спокойно говорить о чувствах, а в школе высмеивают ошибки и добиваются порядка страхом, семейных разговоров будет недостаточно.

Ребёнок смотрит, как взрослые ведут себя в реальном конфликте. Может ли учитель сохранить достоинство, если ученик спорит? Станет ли разбираться в причинах или сразу навесит ярлык? Замечает ли, что один ребёнок регулярно унижает другого?

Отдельное занятие по эмоциональному интеллекту не спасает токсичную среду. Более того, оно может выглядеть особенно лицемерно: утром детям рассказывают об уважении, а после обеда кричат на них за неправильный ответ.

Рабочая среда строится на понятных правилах, предсказуемой реакции взрослых и возможности исправить ошибку. Конфликты в ней всё равно происходят. Это нормально. Вопрос в том, чему ребёнок учится после конфликта.

Как это устроено в «Беркаев. Частная школа»

Мы не считаем эмоциональный интеллект отдельным школьным предметом. Он развивается внутри обычной жизни: на уроках, переменах, в совместных делах и конфликтах.

Маленький класс помогает взрослым замечать изменения в поведении ребёнка. Если он внезапно замолчал, начал избегать заданий или регулярно конфликтует с одним и тем же одноклассником, ситуация не теряется среди тридцати человек.

Тьюторское сопровождение связано не только с академическими результатами. Ребёнок учится планировать работу, замечать собственные затруднения и просить помощь вовремя. Это важная часть саморегуляции: не ждать, пока всё развалится, а понимать своё состояние и действовать раньше.

Школьный психолог подключается тогда, когда обычной педагогической поддержки недостаточно. Его работа не заключается в том, чтобы сделать ребёнка удобнее. Нужно понять, почему одна и та же реакция повторяется, что происходит в классе и какие действия помогут самому ребёнку, педагогам и семье.

При этом уважение не отменяет правил. Нельзя оскорблять других, срывать занятия и отказываться от любой ответственности только потому, что ты расстроен.

У детей есть бытовые и трудовые задачи. Они убирают за собой, следят за своими вещами, участвуют в общих делах. Взрослый объясняет и помогает освоить действие, но не делает всё за ребёнка годами.

Отдельный опыт дают школьные ярмарки, походы, театр, командные игры и день самоуправления. Здесь быстро становится видно, умеет ли ребёнок слушать других, выдерживать отказ, предлагать свои идеи и доводить общее дело до конца.

Школа участвует в «Антибуллинговой хартии». Мы исходим из простой позиции: останавливать систематическую травлю должны взрослые. Нельзя перекладывать это на ребёнка и объяснять, что ему просто нужно стать увереннее.

Обычные детские конфликты при этом никто не отменяет. Они будут в любой живой среде. Задача школы не создать стерильный мир, а помочь детям научиться действовать в реальном.

Мнение директора

Я бы не оценивал эмоциональный интеллект по тому, сколько эмоций ребёнок умеет назвать.

Гораздо важнее посмотреть, что он делает в сложной ситуации. Может ли сказать, что злится, вместо удара. Умеет ли попросить помощь. Способен ли после ссоры увидеть не только свою обиду, но и последствия для другого человека.

Школа не может обещать, что ребёнок всегда будет спокойным и уверенным. Это было бы враньём.

Мы можем создать среду, где его не унижают за ошибку, но требуют отвечать за свои действия. Где взрослые вмешиваются при травле, но не решают за ребёнка каждое разногласие. Где самостоятельность не остаётся красивым словом.

Частые вопросы

Вывод

Эмоциональный интеллект не развивается по команде и не появляется после одного курса.

Ребёнку нужен словарь для описания своего состояния, пример взрослых, понятные границы и право ошибаться. Ему нужно постепенно учиться переживать отказ, проигрыш и несогласие, не разрушая отношения и не отказываясь от ответственности.

Семья закладывает основу. Школа каждый день либо укрепляет её, либо сводит на нет.